«Я попросил отца отвезти меня на кодировку».
Перед поездкой он нашёл дома две-три рюмки водки. По дороге выпил ещё банку пива и полбутылки шампанского.
Обратно ехал уже трезвеющим человеком.
Эта сцена выглядит как противоречие: человек решил остановиться — и немедленно выпил всё, до чего дотянулся. Но именно с неё начинается его дневник. Не после уверенного решения. Внутри него.
Третий день
Автору двадцать девять. Назовём его Игорем. Пить начал подростком, а в студенческие годы стал тем человеком во дворе, у которого всегда находились деньги на компанию.
Потом появился догон. Сначала после больших вечеров, затем почти после каждой выпивки. Он мог проспать до четырёх дня, не отвечать на звонки, пропускать работу.
Пиво однажды исчезло само. Осталась водка: чекушка среди недели, бутылка в пятницу, потом бутылка и ещё чекушка.
Последний вечер начался у родителей с шашлыков и трёхсот граммов. После них он поехал на такси за бутылкой и взял ещё одну маленькую.
К пяти утра лежал на полу кухни.
Утром, под ругань жены, сформулировал для себя правило: «Я не умею пить». Не «пью слишком часто» и не «надо быть аккуратнее». Если начинает, то напивается до отказа.
Тогда и попросил отца отвезти его.
После поездки
Первый вечер Игорь проспал в одежде. Проснулся только в два часа дня.
На следующий день его сильно трясло. Он решил, что отравился за два дня, потом предположил, что так действует кодировка. Точного ответа у него не было.
На третий день стало легче. Он вышел с семьёй в город. А вечером остался один — и настроение резко провалилось.
Тогда он снова открыл форум.
«А тут сразу несколько откликов. Даже легче немного стало».
Вот и вся первая неделя, которую сохранил дневник. Решение, последние рюмки, кухонный пол, тряска и несколько ответов незнакомых людей на третий вечер.
Следующая запись появилась почти восемь лет спустя.
В этом выпуске счёт Игоря остаётся прежним: три дня. Следующая строка уже стоит по другую сторону восьмилетней тишины.